Не знаю уж, какими такими путями добралась весна до моего сердца, но добралась именно с их помощью – этих двоих: РВ и Вокса. Почему-то их чувство передалось мне. И я, словно влюбленная, летала по улицам, живя почему-то не своей жизнью, а их. Удивительно! Тем более для меня, берущей от жизни максимум всего и отдающей окружающим свои чувства. На этот раз они буквально затянули меня в бурю своих чувств, и я приняла их, не имея ни малейшего отношения ко всему происходящему. Меня обрадовало то, что они вместе. Меня обрадовало то, что два таких дивных человека соединились и поняли друг друга. И что они настолько счастливы, что могут одарить этим чувством меня, находящуюся далеко от них за много-много километров.

- О, ты еще тут, - выуживаю очередной длинный вьющийся рыжий волос из обивки дивана и улыбаюсь: таких сувениров у меня еще много. И сразу вспоминаю тебя, сидящую в парикмахерской с распущенными длинными рыжими волосами, затмевающими всех этих разукрашенных теток своей яркостью. И меня почему-то охватывает чувство гордости и даже нежности – вот, какое со мной бродит чудо!

И это чудо смеется, слыша в метро объявление остановок на украинском языке, особенно почему-то выделяя остановку “проспект Гагарина”, где “Г” произносится именно по-украински. И это чудо везде мило вставляет слово “вот”. И это чудо так легко принимает все новое. И оживляется при разговоре о сковородках...
Это чудо – РВ. Рыжая Валька. Человек с бесподобным обаянием. Которую так не хотелось отпускать обратно в Москву, и которая сама столько раз предлагала отправить кого-нибудь вместо себя.

А как она что-то рассказывает! Будто картину пишет! Сначала она наносит пару набросков словами. Иногда все это перемежается украшающим “вот”, но это похоже, скорее, на авторство. Затем, чуть погодя, рисует чуть более четкие контуры – ненавязчиво, с легкостью, как будто придает словам больший вес и объем, однако, не характеризуя конкретно. И напоследок – еще пара штрихов, чтобы закончить мысль и подчеркнуть важное. Ни единого лишнего штриха, никаких резких линий; все – картина готова! Сказав не так уж и много словами, не указывая пальцами, она, тем не менее, уже предъявляет готовый образ.

Уже расставаясь, мы поняли, что реально познакомились всего три дня назад. Хотя, наверное, не было даже пяти минут, когда бы мы это почувствовали – так все было органично.
В какой-то момент еще до встречи у нас обеих возникло чувство, что мы совершаем какое-то сумасшествие: Валька ехала неизвестно к кому, в чужую страну, в чужой город, где она никого не знала, и даже не знала адреса и домашнего телефона на случай, если вдруг я не смогу ее встретить, а у нее сядет мобилка. А я тем временем, словно влюбленная, считала минуты, дожидаясь ее поезда.

На самом деле мы, конечно, общались посредством irc, но ведь реально-то знакомы не были. Зато то, что нас виртуально поженили, дало нам повод встретиться.
То, что “жена и жена – одна сатана”, мы поняли сразу: усевшись на скамеечке мы с упоением фотографировали друг друга и все вокруг: листики, лепесточки и прочую, на Михин взгляд, ерунду. И на этот раз мне не надо было беспокоиться, что я слишком много фотографирую – нам обеим пришлось по вкусу это занятие.

Следующим признаком “односатанинства” была любовь к сковородкам. О них мы вспоминали, как только для этого появлялся повод. А когда мы пошли выбирать это сокровище, я, взвесив одну в руках, оценила: “О! Вот эта тяжеленькая!” - и Валька признала, что сковородки в некотором смысле надо выбирать как бейсбольную биту.

Общение в сети, сидя за соседними столами, повергло Игоря в некоторый шок. Он сидел между нами и наблюдал, как мы пишем друг другу сообщения, все больше и больше удивляясь. А мы весело хихикали и писАли дальше, даже не поворачивая голов – это было еще одним признаком родства жёнских душ. Тогда же Валька, переключившись случайно вместо русской на украинскую раскладку (в украинской раскладке на месте буквы “ы” находится украинская “і”), насмешливое “ыыыыыы” написала как “іііііі” - как истинная украинка! Но тут же исправилась: “іііііі... ой, тьфу! Ыыыыыы!”

Валька постоянно удивлялась украинскому языку. И уже привыкнув к ее улыбке на “Проспекте Гагарина” и на “Радянськой”, я до сих пор веселюсь ее реакции на слово “перемога”.

Как раз 9 мая, в день, собственно, “перемоги”, весь город был увешан разнообразными плакатами с надписями “З днем перемоги” и т.п. Естественно, Вальку очень заинтересовало это странное слово. И когда я сказала: “Перемога – это “победа” по-украински”, - Валька замолчала на несколько секунд, а потом с искренним сочувствием выдала: “Да... Тяжело, наверное, пришлось”.

Сразу вспомнился Вокс, уже в московском метро, говорящий: “Нет, ну ты представь, лежишь ты с любимой в постели, и тут она тебе говорит: “Я тэбэ кохаю!” - да это ж с кровати можно упасть!”

Вечером, подойдя к кассе в метро, мы наткнулись на молодую пару иностранцев, кажется, арабов. Они не могли толком объясниться по-русски, и поэтому просто показывали кассиру пальцами, сколько им нужно жетонов. И Валька, подойдя следом за ними, посмотрела на все это, затем молча протянула деньги и показала два пальца, словно кассир была глухонемой! Чем вызвала бурный хохот всех, кто был рядом, в том числе и самой тетки-кассира.

А на следующий день мы собрались на шашлыки всей компанией, в которую Валька влилась так, словно всю жизнь провела с нами, очаровав всю компашку.
Мысль о шашлыках витала в наших головах еще до Валькиного приезда. Наконец, когда вся компашка, так и быть, согласилась ехать “к черту на кулички” за город, у Михи вдруг опухло полголовы – снова зубы. Но ведь мы уже уговорили всех! Пришлось уговорить еще и Миху. Который потом весь день прятался от солнца в тени деревьев или романтично возлежал вдвоем с Мнемом под зонтиком, прячась от солнца, словно влюбленная парочка от посторонних глаз.

Неугомонный Серега на этот раз был очень активен. Ему было явно скучно, и он забавлялся приставанием ко всем. Причем, парни интересовали его в той же степени, что и девушки – он заигрывал то с одним, то с другим, и не поддался даже на уговоры Био и Мнема обратить внимание на нас, девушек. Хотя иногда Серега отрывался от парней с тем, чтобы завязать Вальке между собой шнурки на кроссовках или понаступать ей на ноги.

Жека был неимоверно дружественным. Он прятался с нами от солнца, раскрывал какие-то одному ему понятные секреты и ругался матом, хотя это ему и несвойственно – в общем, Жека напился. Впервые на моей памяти. Однако, подремав полчасика, он приобрел совершенно свежий вид, и со спокойным видом пошел играть в волейбол.

С Димкой мы периодически радовались проплывающим байдарочникам, кричали им приветственные: “Салют!”, - и Димка добавлял: “Вернее, Таймень!” Но когда последние байдарочники ответили нам очень тихо (но сами нас прекрасно слышали), Димка прокричал им: “Глухих повезли!”, - хотя глухими в данном случае были как раз мы :)
А как Димка заходил в воду! Каким диким криком он орал, когда еще достаточно холодная майская вода Северского Донца достигала... эээ... самых чувствительных, судя по реакции, мест! :)

Био был явно доволен поездкой. Он увидел солнечный свет и, похоже, это ему понравилось: “Я целый год просидел возле компьютера, а тут!..”

Хотя, когда мы проходили мимо какой-то туристической базы в лесу, где вокруг поют соловьи, где наконец наслаждаешься бесподобными видами и звуками природы, Био, оглядев все это великолепие, задумчиво спросил: “Интересно, а тут есть телевизоры?”
А потом еще кто-то в момент всеобщего благостного настроения заявил: “Хорошо тут. Вот если бы сюда еще компьютер!..” - “И интернет!.”, - добавил кто-то еще.

Возвращаясь, мы поняли, что как ни тренировались мы зимой, на жаре пить отвыкли: не выпили все, что брали. А чтобы не мусорить на природе, все забрали с собой. В том числе и недопитые бутылки вина и водки. Кому вручили водку, я не помню. А вот вино уже в Харькове Серега воткнул мне в рюкзак за спиной, причем таким образом, что было видно горлышко с пробкой, т.е. я выглядела как бравая туристка, отхлебывавшая время от времени винца.

Игрушечный 14-февралевский мишка, висящий на рюкзачке РВ, приобрел на этой вылазке имя, так что этот день можно считать его именинами. Назвали этого мишку РМ – Рыжий Мишка. А РВ, соответственно, приобрела тезку :)

РВ удивилась нашим ивам – у них ивы другие. Наверное, так же я удивилась огромному количеству берез в России - я всегда думала, что природа у нас фактически одинаковая.
Но когда Валька узнала, что у нас в реках водятся черепахи, да еще и увидела у меня в альбоме фотографию черепахи, пойманной в один из байдарочных походов на удочку... - это было откровением!.. Валька никак не могла поверить, что все так просто, и что эти звери водятся у нас просто на воле.
Да и наши горлинки, воркующие точно кукушки, обратили на себя внимание.

Однажды, пока Тони жил с Валькой и Воксом в одной квартире в Москве, он услышал кукование – с таким звуком у Вальки приходит sms-сообщение. И тут же вспомнил, что каждое утро он слышит такой же звук – кукушка под окном не дает спать. Тони решительно предложил стрелять из рогатки в эту самую утреннюю кукушку. Да и прогнали бы ее, наверное. Но оказалось, что и тот, и другой звук издает будильник в Валькином мобильном телефоне.

До сих пор вспоминаю “чмоки-чмоки” на ночь, и тот вечер, уже в Москве, когда мы втроем с Валькой и Воксом придумывали, как правильно применить вантус (??). И уже перед самым моим сном всплывшее в памяти Вокса: “Ленка, ты же собиралась научить меня цЫловаться!”

А эта легкость, с которой Валька решила идти стричься! “Лен, а у тебя нет знакомого парикмахера в Харькове?” - конечно, есть! У меня есть замечательная парикмахер, которая придумывает каждый раз что-то новенькое и не боится экспериментировать. На мне :/
Вот к ней-то мы и пошли. И Валька тут же от-sms-ила Воксу, что идет стричься ежиком. И через час мы уже сидели в парикмахерской, а я отвечала Воксу смс-кой на вопрос, как по-украински будет “отшлепать” ;)
Да, в этом розыгрыше мы почувствовали себя родными женами! Укоротив в Photoshop-e Вальке волосы, я вывесила эту фотографию на всеобщее обозрение. Как горевал Вокс! А как нам самим было его жаль!.. Но шутка удалась – все поверили!
Особенно понравилось, как кто-то спросил: “Ой, Валь, ты что – похудела?” - “Да нет, постриглась она!” - “А-аа! Точно!” - Как в том анекдоте: “Ты что – брови выщипала?”

Все было очень насыщенно и разнообразно. Мы успели так мало и одновременно так много. Но главное – мы успели прожить эти четыре дня вместе так здорово, что я и впрямь прихожу к мысли, что буду скучать без тебя, Валька!
И уже пару раз по утрам я машинально начинала готовить завтрак, рассчитывая и на тебя, уже чуть позже соображая, что ты уже укатила.

Да, такое яркое создание оказалось теплым рыжим солнышком, мысли о котором даже издали дарят тепло. И я, будто чувствуя то, что чувствует она, волнуюсь и переживаю с ней радости и печали. И каждый раз представляю себе ее улыбку, большие глаза и копну вьющихся рыжих волос.

Приезжай!